Как переяславский князь Владимир Мономах добился первого глобального полководческого успеха в истории Древней Руси. В истории русских воинских побед долгое время первой и самой знаменитой считалась баталия на Чудском озере, выигранная Александром Невским. Но куда справедливее было бы считать — и сегодня именно так и принято считать! — первым крупным воинским успехом победу, которую 27 марта 1111 года одержали сводные дружины русских князей в битве с половцами у реки Сальницы. Эта дата не случайно стала первой по хронологии в нынешнем списке Памятных дат военной истории России. Победа, одержанная русскими под водительством Владимира Мономаха, княжившего в то время в южном Переяславле, великого князя киевского Святополка Изяславича и черниговского князя Давыда Святославича была настоящей военно-политической победой, имевшей далеко идущие последствия, а не просто удачным исходом проходного сражения. Ведь, чтобы справиться с превосходящими силами половцев (согласно источникам, они имели как минимум полуторный перевес: 45 тысяч кочевников против 30 тысяч русских воинов), Мономах предпринял несколько истинно полководческих шагов. Во-первых, он реализовал принцип «бить врага на его территории малой кровью», перебросив свои войска на землю, контролировавшуюся половцами. Во-вторых, он использовал транспорт, чтобы обеспечить быструю доставку пехоты к месту сражения, не переутомив ее дорогой. В-третьих, сумел превратить в союзника даже погоду, вынудив половцев сражаться в такое время, когда сама природа мешала им использовать все преимущества конницы. Но не только полководческими талантами Мономаха славна эта победа. Чтобы собрать достаточные силы, переяславский князь сумел добиться почти невозможного — объединить своенравных князей, заставив их хотя бы на время забыть междоусобицы! Кроме того, ему удалось убедить их оторвать от земли даже смердов, тем самым усилив войско, традиционно состоявшее из профессиональных дружинников. Наконец, Мономах, который, как гласит «Повесть временных лет», «едучи перед войском, приказал попам петь тропари, и кондаки креста честного, и канон святой Богородицы», фактически превратил поход в сражение за православную веру. Русско-половецкие войны растянулись на полтора столетия — с конца XI века по середину XIII. Регулярным успехам половцев (их на Руси называли еще кипчаками, а в Европе и Византии — куманами) способствовала и разобщенность русских князей. Ситуация начала меняться после того, как Мономах взялся за главное дело своей жизни — собирание русских земель. После того как ему с помощью дипломатических уловок и прямых уговоров удалось добиться проведения двух объединительных княжеских съездов (Любечский и Уветичский), усобицы на востоке и западе Руси были прекращены. Успех же Долобского съезда, результатом которого стал первый объединенный поход русских дружин против половцев, положил начало постепенному их ослаблению. Но успех похода 1103 года, спланированного на Долобском съезде, только разозлил кипчаков. Они предприняли несколько походов, которые хотя и не привели к большим успехам, не позволили Руси вновь собраться с силами и нанести ответный удар. На его подготовку ушло восемь лет. В конце 1110 года подчиненный Мономаха воевода Дмитр с небольшой дружиной сумел пробраться в половецкие земли и разузнать планы кипчаков. Половцы готовились к новому наступлению, в котором должны были участвовать чуть ли не все основные кланы. Этот удар можно было попытаться отразить, как это делалось всегда, или предвосхитить, неожиданно нанеся свой. Именно такое решение и принял Мономах. Прекрасно понимая, что отражать хорошо подготовленное наступление врага всегда труднее, он решил заставить половцев поменяться ролями с русскими. Но для этого, нужно было успеть не просто собрать войско, но и сделать его достаточно большим, чтобы нанести решающее поражение кочевникам, а также начать поход тогда, когда враг не ждет наступления. Традиционно и русские, и половцы отправлялись воевать весной, когда заканчивалась распутица и можно было вовсю пользоваться преимуществами конницы. Последнее было важно для кипчаков: их войско практически не имело пеших воинов. Именно на этом и решил сыграть Мономах. Он назначил поход на необычно ранний срок — конец февраля. Помимо того, что кочевники не могли ожидать, что русское войско выступит в дорогу в столь непривычное время, это решение преследовало еще одну важную цель. Даже с учетом того, что неспешное — за счет присутствия пешего войска — продвижение вглубь половецких земель займет немалый срок, к тому моменту, как рати сойдутся на поле битвы, земля еще не успеет просохнуть. А это означает, что половцы будет лишено своего главного преимущества — маневренности и мощи кавалерии, которая попросту завязнет в снежно-грязевом месиве. Такой подход был совершенно новым для русских полководцев, и именно он позволяет считать битву при Сальнице первой настоящей полководческой победой Древней Руси. Тактически второе, основное сражение похода — битва при Сальнице — было разыграно безупречно. После того как имевшие перевес половцы окружили русские полки, планируя массированным обстрелом из луков расстроить их ряды, смешать их и ударить по ним конницей, князья по совету Мономаха сами повели дружины в наступление. В результате смешались уже половцы и были вынуждены оставить луки и атаковать пехоту. Тут-то и сработал замысел Владимира: в перемешанном с грязью снегу половецкие кони начали вязнуть, а длинные копья русской пехоты свели на нет преимущество бивших сверху кривыми мечами кипчаков. А вскоре на увязшую в бессмысленной рукопашной с копейщиками половецкую конницу обрушился запасной полк самого Мономаха, который лично повел его в атаку, передав командование медленно отступавшими, но сохранявшими строй пешцами сыну Ярополку. Удар оказался решающим: теряя людей и коней, кипчаки повернули вспять, но уйти по раскисшей земле удалось немногим. Они потеряли на поле брани убитыми не меньше 10 000 человек, большинство же попало в плен. Победа сыграла важнейшую роль в реализации идеи Мономаха об объединении Руси. Еще бы: поход вознес авторитет переяславского князя, незадолго до этого уступившего киевский престол своему брату, дабы избежать новых войн, и добившегося резкого усиления русских княжеств за счет мирного сосуществования, на недосягаемую высоту. Так что через два года после победы Мономах уже без всяких споров занял престол в Киеве и вошел в историю как первый князь-миротворец, добившийся объединения княжеств и прекращения междоусобных войн. И не его вина, что потомки, презрев мономахово «Поучение», не сумели удержать объединенную Русь в руках, чем и воспользовались ордынские ханы. Зато другой результат похода — прославление и укрепление православной веры — поколебать не удалось. И для дружинников князей-союзников, и для простолюдинов было несомненным то, что успех предопределен небесными покровителями Руси. Столь очевидная победа как ничто другое способствовала укреплению православия в Древней Руси, его становлению как государственной религии. Добавим лишь, что легендарная победа 27 марта 1111 года пришлась на день Феодоровской иконы Божией Матери, прославленной как хранительница русской государственности. Конечно, сейчас трудно однозначно утверждать, что даже такой дальновидный правитель, как Владимир Мономах, заранее предусмотрел все эти последствия. Но если даже и нет, нельзя не отдать должное его чутью, ведь предпринятые им шаги привели к важнейшим результатам. Что в итоге и сделало битву при Сальнице первой знаменитой победой русского оружия — той точкой, от которой нам и надлежит вести отсчет всем остальным победам, в том числе и на Чудском озере, и в Куликовской битве, и под Полтавой, и под Бородино, вплоть до самого победного мая 1945-го…